Светлана Антонова

Светлана Антонова рассказала о том, как учила Константина Крюкова (Костя журналист) плавать под водой без маски.

— Наверное, подготовка к этой роли потребовала серьезных тренировок в дайвинге?

— Да, два месяца до старта съемок мы занимались подводным погружением в бассейне «Олимпийский» и все очень заразились этим отличным видом спорта. Не удивлюсь, если кто-нибудь из моих партнеров решил и дальше культивировать фридайвинг. Замечу, что главное отличие фридайвинга от дайвинга тем, что погружение под воду проходит без маски и, следовательно, без кислорода. То есть это очень сложно: идешь на глубину с грузом на поясе и там стараешься продержаться максимально долго — столько, сколько в силах. Но выглядит это очень красиво, особенно на большом экране. В кинофильме есть большая сцена свадьбы главных героев, в которой несколько человек в  вечерних платьях и торжественных костюмах под водой пьют шампанское, чокаются, некоторые целуются. Снимали три дня. Необходимо было, чтобы все семеро человек одновременно опустились на глубину, задержав дыхание, а еще улыбаясь, не выпуская пузырьков из рта — и выглядя при этом совсем не глупо.

— В обтягивающем костюме для фридайвинга вы очень сексуальны.

— Ну, я даже не знаю. Когда стоит жара плюс 52, и на тебе черный костюм из резины, и струи пота капают с рук, а сзади подвешены 24 килограмма, и на ногах одеты ласты, в которых трудно ходить, то я не уверена, что все это выглядит гиперсексуально. Между прочим, некоторые участники съемок надевали гидрокостюмы просто для того, чтобы скинуть вес за два часа. Гримеры уже не пытались нас подправлять — это бессмысленно. Спасибо отличному оператору — надеюсь, ему удалось снять нас красиво. Вообще сама история «На крючке» очень романтическая — герои Кати Вилковой и Кости Крюкова занимаются любовью на глубине без воздуха и масок. Отснятую сцену мы просматривали у мониторов с открытым ртом и убедительно говорили: «За подобное надо сразу давать премии!» До этого актеры в нашем кино такое еще не делали.

— Основной Ваш труд — в Театре Сатиры. Вам там все нравится?

— Сейчас нравится уже не на столько сильно, как было 10 лет назад, когда я пришла туда после института. Хочется делать что-то увлекательное, революции хочется, а у нас все немного заледенело. Никто не может понять настоящую причину, почему мы пребываем будто в зимнем сне. Может, дело в самом материале, а может, в режиссерах? Ставят, как кажется, невероятно смешную пьесу, а получается весьма грустно, а деньги уже потратили на декорации, репетиции. Хочется нового витка, всплеска. Словом, жду в театре аншлага и весны.

— У вашей дочери Машеньки — мама актриса, тетя Наталья Антонова — тоже актриса и папа — актер «Табакерки» Олег Долин. Уже смотрите на нее, как на маленькую актрису?

— Со мной Машенька почему-то играет не в театр, а в больничку, в семью, в школу. Но в театр я ее беру очень часто, и она его любит, всем интересуется. Актрису в своей дочке — да, вижу и весьма побаиваюсь этого. Мне хочется, чтобы она выбрала другую профессию. Но если выберет актерскую, протестовать не буду.